БИБ: библиотечно-информационный бюллетень N 26 / Мурм. гос. обл. универс. науч. б-ка ; [сост. Л. П. Петриченко ; редкол.: С.А. Медникова и др.]. – Мурманск : МГОУНБ, 2013.

168 пользовался большой популярностью противоположного пола. Университетские подруги вообще не давали прохода, да и как остаться безразличной к высокому стройному голубоглазому блондину с шикарным тембром голоса? Как он читал стихи и прозу, заслушивались не только девушки, но и студенческие приятели. Импонировало и то, что он открыто высказывался против существующего строя, который не нравился многим, но все молчали. За эту борьбу его и гнали из университетов, боясь очередной революции, а Ерофеев мог ее поднять, и за ним бы, несомненно, пошли. Одна из таких ситуаций произошла в Орехово – Зуевском университете, где он продолжал изобличать существующий строй. Прикрываясь приказом № 415 «...за систематическую задолженность и систематическое нарушение трудовой дисциплины», Ерофеев был исключен из университета. Спасти его пыталась самая первая и большая любовь в жизни Венедикта Васильевича - Юлия Николаевна Рунова - любовь на протяжении всей жизни писателя. В то время Юлия Николаевна училась на третьем курсе ОЗПИ, и была выбрана председателем студсовета общежития. Их первая короткая встреча произошла в середине октября 1959 года. Они лишь едва успели взглянуть друг на друга. Но что-то, видимо, случилось если в течение всего следующего месяца они издали с любопытством наблюдали друг за другом, стараясь не выдавать своей заинтересованности. 4 декабря того же года состоялась «официальное» знакомство и первый продолжительный разговор. Впоследствии эта дата у обоих станет отправной точкой и поводом для особых воспоминаний и поздравлений. После исключения из университета их встречи будут редкими, но впечатляющими, а письма длинными и о многом говорящими. Из воспоминаний поэтессы Ольги Седаковой, хорошо знавшей обоих: «Юлию Рунову он любил вопреки всему и всем. Потому что они были слишком разные, многое их различало, она была человеком совершенно других взглядов и привычек. А Веня действительно любил ее, и его постоянно, с первой встречи в Орехово – Зуево, тянуло к ней. Это была единственная женщина, которая еще пыталась уберечь Венедикта от пьянства. Сначала Юлия пыталась удержать его в каких–то человеческих нормах поведения. Просто, хотя бы, что бы он выглядел приличным человеком, ну, хотя б, как все». «Я не знал, что есть на свете такая боль, и скрючился от муки. Густая красная буква «Ю» распласталась у меня в глазах, задрожала, и с тех пор я не приходил в сознание, и никогда не приду». В. Ерофеев « Москва – Петушки» Первой официальной женой Венедикта Васильевича стала бывшая однокурсница Валентина Зимакова, с которой одно время Венедикт учился во Владимирском университете, откуда также был исключен за антисоветские разговоры. Она умела любить беззаветно. Такой женщиной можно только восхищаться. Они встречались четыре года, а за три месяца до рождения сына поженились. Валентина Васильевна рассказывала, как родился у Ерофеева сын. Ждали девочку, хотели назвать Анной, в честь матери Венедикта Васильевича. Под новый 1966 год Ерофеев приехал домой, в деревню под Петушками, где в это время находилась его жена, и остался на несколько дней. 3-го января ночью у нее начались схватки. Надо было ехать в больницу за 12 километров. Запрягли лошадь, закутали Валентину Васильевну в тулуп, Ерофеев сел в телегу рядом, и поехали медленно-медленно. Валя вцепилась в руку мужа и изо всех сил старалась не кричать. Мороз трескучий. Ночь. Сугробы. Дорога плохая, но успели, добрались вовремя. Ерофеев записал потом в своем дневнике: «Зимачихины» ногти не сходили с моей руки целый месяц». Наутро он принес жене в больницу целую сетку апельсинов, а потом купил вина, шел домой и всех, кого встречал по дороге, угощал, сообщая, что у него родился сын. Но брак их просуществовал недолго – 9 лет. Развод Валентина Васильевна переносила тяжело, стала злоупотреблять спиртным. Из интервью с Венедиктом-младшим: «…Не хочу говорить о матери. Ни одного там светлого луча. Она взяла у Ерофеева только пьянство. И то, что он ей когда-то